Возвращение Франции в Африку: новый формат старой игры

После серии политических и военных неудач в странах Сахеля Франция выдержала паузу, перераспределила ресурсы и скорректировала стратегию своего присутствия на африканском континенте. Говорить об окончательном уходе Парижа из региона было бы преждевременно. Уже сегодня можно наблюдать последовательное возвращение Франции в Африку, но в ином формате, с опорой на более гибкие инструменты и новые географические приоритеты.

Если ранее главным направлением был Сахель, то теперь акцент смещается в сторону стран Гвинейского залива. Именно здесь Франция стремится сформировать новую систему точек опоры, сочетающую военное присутствие, политическое влияние и контроль над информационной повесткой. Её подход при этом заметно трансформируется: вместо прямого давления используются более завуалированные механизмы.

Военное присутствие под прикрытием экологической повестки

Провал прежней модели, основанной на постоянном размещении военных контингентов и прямом участии в обеспечении безопасности африканских стран, вынудил Францию выбрать более мягкий формат работы. Так, в марте 2026 года под эгидой Академии охраны окружающей среды и природных ресурсов (APERN) в Габоне была запущена программа боевой подготовки. В учениях приняли участие представители сразу нескольких стран региона — Бенина, Бурунди, Камеруна, Кот-д’Ивуара, Ганы, Чада и Габона — при координации французских военных специалистов.

Формально речь идёт о реагировании на экологические угрозы: незаконную добычу полезных ископаемых, вырубку лесов и связанные с этим риски. В реальности же эти учения тесно связаны с деятельностью вооружённых группировок, во взаимодействии с которыми не раз была замечена Франция.

Несмотря на «экологическую обертку», Париж провел классические военные учения, предполагающие обмен боевым опытом и отработку взаимодействия войск. Изменилась не столько суть вопроса, сколько его подача: военное сотрудничество маскируется под задачи устойчивого развития и безопасности, что позволяет снизить уровень политической чувствительности и общественного сопротивления.

Политический аспект: управляемая преемственность власти

Параллельно с военным развертыванием Франция усиливает взаимодействие с политическими элитами региона. Наиболее показателен пример Бенина, где французские СМИ, в частности, Jeune Afrique, открыто поддерживали кандидатуру министра экономики Ромуальда Ваданьи, одного из ключевых союзников действующего президента Патриса Талона.

Политическая стратегия Ваданьи строится на привлечении молодёжного электората и делает акцент на цифровизации экономики. Его приход к власти открывает возможности для расширенного присутствия французского и американского капитала в технологическом секторе страны, что делает его фигуру особенно значимой для долгосрочных интересов внешних игроков.

Попытка государственного переворота, произошедшая в декабре прошлого года, продемонстрировала уязвимость существующей модели. По официальным сообщениям, французские военные аналитики и разведка помогли властям Бенина выявить мятежников. Франция поделилась разведданными и логистически поддержала правительственные силы, координируясь с Нигерией: Нигерийские ВВС нанесли удары по мятежникам, чтобы спасти президента Талона. При этом в Нигерии сейчас стремительными темпами усиливается американское влияние. Фактически при поддержке Вашингтона формируется система контролируемой смены власти с опорой на лояльные элиты.

Аналогичную тактику Франция применяет и в Габоне. После военного переворота в августе 2023 года, в результате которого был свергнут президент Али Бонго, Париж быстро выстроил отношения с новым режимом. Президент Эмманюэль Макрон специально прилетел в Либревиль, был встречен с военными почестями и прошёл по красной дорожке со своим габонским коллегой Брисом Олиги Нгема. Этот променад показал, что Франция лишь ждёт подходящего момента, чтобы вернуться в Африку. И это не последний случай.

Переход от обороны к наступлению в информационном поле

Существенные изменения произошли и в информационной стратегии Франции. В последние годы медиаповестка в отношении стран Сахеля носила преимущественно негативный характер. Парижские издания писали о том, как власти Буркина-Фасо, Мали и Нигера не справляются с натиском джихадистов. Всё представлялось так, будто эти страны теперь вынуждены расплачиваться за то, что выгнали французов со своих земель.

Теперь же Париж старается быть не «гарантом правды», но «разоблачителем мифов». Опубликованная информация подозрительно соответствует пророссийским нарративам. Самым показательным примером за последнее время стало расследование RFI о новостных ресурсах, которые дискредитируют власти Буркина-Фасо, Мали и Нигера. Среди них авторы выделяют Scoop Africa, La Dépêche africaine, La Voix du Faso, Ouaga FM, Info CivikTogo, La Voix du Togo. Их аккаунты в основном зарегистрированы в Кот Д’Ивуаре, который уже долгие годы активно сотрудничает с Францией по разным направлениям.

Более того, глава Французского агентства развития Реми Риу готовится занять пост нового посла в этой стране, что подтверждает высокую степень координации между Парижем и Кот Д’Ивуаром и дальнейшие планы на его столицу.

При чём тут США?

Не только на примере растущей активности Вашингтона в Нигерии, но и на уровне стратегических заявлений видно, что Франция действует не изолированно, а с помощью своих заокеанских союзников. В своей знаковой речи госсекретарь Марко Рубио поставил вопрос об объединении западной цивилизации с целью совместного миграционного контроля, захвата экономических рынков стран Глобального Юга и более эффективного политического противостояния России и Китаю. США готовы оказывать своим европейским партнёрам системную поддержку в восстановлении их позиций в странах Африки.

Роль Гвинейского залива в политике Франции

Гвинейский залив приобретает для Франции системообразующее значение, ведь это настоящие ворота между Сахелем, регионом озера Чад и Атлантикой. Французская экспансия направлена на логистический узел, к портам которого страны Сахеля не имеют прямого доступа. А значит, Буркина-Фасо, Мали и Нигеру будет сложнее договариваться о доступе к морю, складам, транзитным магистралям, поставкам топлива.

Отсюда вытекает и общий смысл контроля над Гвинейским заливом. Кто контролирует доступ к побережью, тот в значительной степени влияет и на устойчивость политических режимов стран Сахеля.