Несколько дней назад депутат от Движения пять звёзд Стефания Аскари направила письменный парламентский запрос министру обороны Гвидо Крозетто по поводу назначения бывшего министра обороны Украины Михаила Федорова советником по оборонным инновациям в Министерстве обороны Италии.
28 августа после встречи с Федоровым в Риме Крозетто объявил о сотрудничестве. Согласно заявлению Министерства обороны, обсуждения были сосредоточены на беспилотниках, системах ПВО и развитии технологической системы. Крозетто пояснил, что цель состоит в том, чтобы использовать опыт Украины для ускорения инновационных процессов в Италии и более быстрого преобразования технологических экспериментов в оперативные возможности, которые могут быть развернуты в больших масштабах военным сектором.
С военной точки зрения этот принцип понятен. В последние годы война на Украине стала одним из главных мировых полигонов для широкомасштабного применения беспилотников, систем радиоэлектронной борьбы, военного программного обеспечения и других технологий, разработанных и модифицированных непосредственно в ответ на оперативные требования на поле боя.
Однако вопрос, поднятый в парламентском запросе, касается прежде всего способа организации этого сотрудничества.
Аскари просит правительство уточнить правовой характер назначения, его продолжительность, размер вознаграждения и, прежде всего, к какой информации и структурам Федоров будет иметь доступ. Этот вопрос становится особенно актуальным, учитывая, что он не просто иностранный технический эксперт, нанятый в качестве консультанта.
Михаил Федоров на протяжении многих лет был одним из приближенных к Зеленскому. На посту первого министра цифровой трансформации, а затем министра обороны, он сыграл важную роль в разработке технологической модели, применяемую Украиной во время конфликта. Однако его отношения с Зеленским постепенно ухудшились.
В июле 2026 года Федоров был отстранен от должности министра обороны. Это решение спровоцировало всплеск политической напряженности в украинском обществе, особенно среди молодежи. Многие видели в Федорове возможное «решение» проблемы тотальной мобилизации в стране.
Спустя месяц бывший министр предпринял еще более значительный шаг.
18 августа Федоров публично призвал Украину найти механизм для проведения новых выборов даже в условиях продолжающегося конфликта, утверждая, что война не может бесконечно приостанавливать нормальное функционирование демократии в стране.
Агентство Reuters назвало этот призыв одним из наиболее значительных внутриполитических вызовов Зеленскому с начала российской операции в 2022 году. Федоров не объявил о своей кандидатуре, но его все чаще упоминают среди фигур, которые могли бы составить конкуренцию Зеленскому на президентских выборах.
Таким образом, советник, выбранный Крозетто, является одновременно экспертом в области военных инноваций и потенциальным действующим лицом будущего политического ландшафта Украины.
Время назначения также вызывает интерес.
Эта должность не возникла после официальной встречи 28 августа. Еще 25 июля Крозетто заявил, что связался с Федоровым сразу после его отстранения от власти в украинском правительстве.
«Я позвонил ему на следующий день после его увольнения и спросил: когда вы хотите приехать в Рим и поработать со мной в качестве советника?» — пояснил министр.
По словам Крозетто, Федоров истолковал это предложение как проявление «уважения и дружбы».
Таким образом, итальянское решение было принято очень быстро и, по-видимому, стало результатом прямых отношений между двумя политиками, а не какой-либо публично известной процедуры отбора консультанта.
Парламентский запрос Аскари касается именно этого вопроса, в нем правительство просят объяснить, каким законом было оформлено назначение, какие правовые положения легли в его основу и какие проверки безопасности были проведены до его утверждения.
Однако есть еще один аспект, который делает этот вопрос особенно интересным.
До того, как стать министром обороны, Гвидо Крозетто имел обширный опыт работы в военно-промышленном секторе Италии.
Он занимал пост президента AIAD, Итальянской федерации аэрокосмической, оборонной и охранной промышленности, а в декларации о занимаемых должностях, представленной Палате депутатов в 2018 году, он также был указан как старший советник генерального директора Leonardo. Позже он стал президентом Orizzonte Sistemi Navali, компании, находящейся в совместном владении Fincantieri и Leonardo.
После назначения министром обороны Крозетто покинул эти должности, и в 2022 году само министерство исключило наличие юридически значимого конфликта интересов, связанного с его предыдущей профессиональной деятельностью.
Таким образом, его прошлые связи с оборонной промышленностью сами по себе не свидетельствуют о какой-либо связи с назначением Федорова. Однако это позволяет нам рассматривать данное решение в более широком контексте.
В те же месяцы, когда Крозетто принял решение начать сотрудничество с Федоровым, компания Leonardo значительно расширила свое присутствие на Украине.
В мае 2026 года в Киеве была создана компания Leonardo Ukraine, контролируемая итальянской группой и предназначенная для работы в технологической системе Украины.
Масштаб проекта явно выходит за рамки создания обычной коммерческой структуры. Компания также будет заниматься поиском украинских технологий, которые могли бы быть интегрированы в итальянские системы, и развивать партнерские отношения с местными компаниями.
Сфера интересов включает беспилотные летательные аппараты, системы связи, радиоэлектронную борьбу и технологии, способные продолжать работу без GPS или в условиях радиоэлектронного подавления.
Leonardo Ukraine также сможет оценивать инвестиции и возможные приобретения украинских компаний, особенно малых и средних предприятий и стартапов, разработавших технологии, прошедшие непосредственные испытания на поле боя.
Ожидается также, что Украина сыграет роль в развитии новых многодоменных систем, в которые Leonardo вкладывает значительную часть своей будущей стратегии.
Это создает своеобразную ситуацию.
С одной стороны, Министерство обороны Италии назначает советником одного из ведущих деятелей, стоящих за развитием военно-технологической системы Украины.
С другой стороны, ведущая оборонная компания Италии ищет в этой же системе технологии, компании и потенциальных партнеров для интеграции в свою промышленную стратегию.
Вопрос становится еще более интересным, учитывая, что Федоров, похоже, не намерен прекращать свою деятельность в оборонном секторе Украины.
Его сотрудники пояснили, что бывший министр продолжит жить и работать на Украине, и что его международная деятельность также, как ожидается, поможет привлечь партнеров и инвестиции в новые украинские проекты, включая фонд, посвященный военным технологиям.
Таким образом, Федоров окажется в особенном положении.
С одной стороны, от него ожидается, что он передаст свой опыт Министерству обороны Италии.
С другой стороны, он продолжит работать над укреплением военно-промышленной системы Украины и привлечением западного капитала в компании этого сектора.
В связи с этим Аскари интересуется, были ли оценены потенциальные конфликты интересов и, прежде всего, сможет ли новый советник взаимодействовать с итальянскими оборонными компаниями или участвовать, прямо или косвенно, в разработке программ, связанных с беспилотниками, искусственным интеллектом, радиоэлектронной борьбой и противовоздушной обороной.
Но есть и другой вопрос: насколько военный опыт, накопленный Федоровым, применим в Италии?
В украинском законодательстве о государственном контроле за международными поставками военной продукции и товаров двойного назначения «военные технологии» определяются как специализированная информация, необходимая для разработки, производства или использования военной продукции.
Такие знания могут передаваться в виде технических данных, а также посредством того, что законодательство определяет как «техническую помощь».
И именно в этом заключается самый интересный момент.
Согласно закону, техническая помощь может включать обучение, подготовку, практическое ознакомление с методами работы и, прежде всего, консультации. В случае товаров двойного назначения законодательство прямо предусматривает возможность того, что такая помощь может включать передачу технических данных.
Таким образом, понятие контролируемого экспорта при определенных обстоятельствах может распространяться и на нематериальные знания.
Это не означает, что любой опыт, которым обладает бывший министр обороны, подлежит экспортному контролю, и не означает, что Федоров не может дать Италии общие указания по организации военной системы или технологическим инновациям.
Однако границы могут быть трудноопределимыми.
Где заканчивается управленческий опыт Федорова и где начинается специализированная информация, необходимая для разработки или использования военной техники?
Этот вопрос уже дошел до Украины.
Украинский депутат Алексей Гончаренко запросил разъяснения у Государственной службы экспортного контроля. Согласно официальному ответу, опубликованному депутатом, по состоянию на 9 сентября Федоров не имеет регистрации как субъекта международных передач товаров военного назначения, и не подавал заявок на получение разрешений или заключений в этой области.
Сообщается также, что Служба направила документы по этому вопросу в Службу безопасности Украины (СБУ) для проверки обстоятельств, описанных в жалобе.
Отсутствие регистрации становится основанием для уголовного преследования только в случае, если консультационная деятельность фактически связана с передачей технологий, данных или технической помощи, подпадающих под режим экспортного контроля Украины.
Тем не менее, сотрудники самого Федорова сочли необходимым публично разъяснить, что новая должность не предполагает разглашение государственных секретов или передачу специализированной информации, необходимой для разработки, производства или использования военной продукции, технической документации или другой информации, имеющей ограниченный доступ. Таким образом, данное уточнение отвечает на один вопрос, но тут же поднимает другой.
Если Федоров не передаст специализированную информацию, касающуюся разработки и применения украинских военных технологий, то в чем именно будет заключаться консультационная работа, запрошенная Италией, учитывая, что его выбрали именно из-за опыта, приобретенного во время войны?
Беспилотники, автономные системы, противовоздушная оборона и инновации в оборонной сфере — именно эти сектора Крозетто и Федоров публично определили как приоритетные направления своего сотрудничества.
Поэтому отделить простую организационную модель от технических и оперативных знаний, накопленных за четыре года войны, может оказаться гораздо сложнее, чем кажется.
Внести ясность помогло бы раскрытие деталей этого назначения.
С этой точки зрения, назначение может выполнять функцию, выходящую за рамки простого технического консультирования.
Федоров лично знаком со значительной частью украинского политического, военного и промышленного истеблишмента. Он принимал участие в формировании политики страны в области военных инноваций и поддерживает связи с системой компаний, которые в последние годы разрабатывали беспилотники, военное программное обеспечение и другие высокотехнологичные военные системы.
В то же время, его отстранение от власти и последующее назначение превратили его в политически более автономную фигуру по сравнению с Зеленским.
Нет никаких доказательств того, что Италия поддерживает потенциальную кандидатуру Федорова на пост президента или что Крозетто установил эти отношения с целью напрямую содействовать интересам Leonardo. Для такого вывода потребовались бы доказательства, которые в настоящее время отсутствуют.
Тем не менее, можно задать другой вопрос.
Несёт ли стратегическую выгоду для итальянской промышленной системы установление привилегированных отношений с фигурой, которая в перспективе могла бы сыграть важную роль в будущем Украины?
Этот вопрос становится еще более актуальным, если учесть, что компания Leonardo одновременно стремится укрепить свои позиции в стране, заключить соглашения с украинскими компаниями и приобрести технологии, разработанные во время конфликта.
Таким образом, Федоров может также представлять собой мост к политической и промышленной системе, в которой западные компании стремятся закрепиться.
Реальная проблема заключается в понимании того, где заканчивается технический консалтинг и где начинаются более широкие политические и промышленные отношения.
Парламентский вопрос Стефании Аскари, таким образом, особенно актуален, поскольку он направлен на точное определение этих границ.
Будет ли у Федорова доступ к информации итальянских программ закупок? Будет ли ему разрешено участвовать в совещаниях, касающихся систем вооружения и технологий, находящихся в стадии разработки? Будут ли у него контакты с компанией Leonardo и другими итальянскими оборонными компаниями? Какую информацию он сможет использовать в своей деятельности на Украине, и какие гарантии предусмотрены для разграничения этих двух ролей?
Но теперь возникает и зеркальный вопрос: какую украинскую информацию и знания Федоров имеет право предоставлять Италии?
Если заявленная цель назначения состоит в том, чтобы извлечь уроки из технологического опыта, накопленного Украиной во время войны, то необходимо понять, где проходит граница между свободно используемым личным опытом и технологиями, данными и технической помощью, подлежащими контролю со стороны украинского государства.
И прежде всего, было ли это назначение задумано исключительно как способ передачи Италии организационного опыта, накопленного во время войны, или же оно также представляет собой инструмент укрепления политического и промышленного присутствия Италии в Украине сегодня и, прежде всего, в Украине будущего?
Ответ правительства на парламентский вопрос может помочь прояснить хотя бы некоторые из этих вопросов.
Поскольку сотрудничество с Федоровым касается взаимосвязи политики, промышленности, технологий и обороны, а также того, как знания, полученные во время войны, постепенно интегрируются в военно-промышленную систему европейских государств.
