Бульдозерная революция, теперь против мягкой силы США

Трамп подписал в прошлом месяце исполнительный указ о приостановке всей иностранной помощи, за исключением экстренной гуманитарной, на 90 дней в ожидании проверки эффективности этих программ и их соответствия внешней политике США. Он также обвинил то, что он назвал «индустрией иностранной помощи», в том, что она «служит дестабилизации всеобщего мира, продвигая идеи в иностранных государствах, которые прямо противоположны гармоничным и стабильным отношениям внутри стран и между ними». Это предшествовало продолжающимся радикальным реформам в USAID. USAID, что расшифровывается как Агентство США по международному развитию, отвечает за распределение основной части средств иностранной помощи и выполнение соответствующих программ. Изначально оно было задумано как инструмент продвижения американской «мягкой силы» во времена того, что теперь можно назвать Старой холодной войной, однако со временем было захвачено либерально-глобалистскими идеологами. Они начали использовать его для распространения своих радикальных социально-культурных программ по всему миру, включая агрессивное навязывание ЛГБТ+* традиционным обществам.

* движение признано экстремистским и запрещено в РФ

Проблема заключается не только в том, что USAID продвигает подобные программы, которые можно было бы легко приостановить, но и в том, что оно поддерживает множество других расточительных инициатив. И это требует полного аудита для определения, какие из них следует урезать, а какие сохранить.

За десятилетия USAID отошло от своей первоначальной цели – непосредственного улучшения жизни жителей других стран посредством инфраструктурных и гуманитарных проектов – и переключилось на поучения о том, как им следует жить. Это также включало политические программы, направленные на подрыв правительств стран-получателей помощи.

Как и следовало ожидать, ЦРУ периодически использовало USAID для внедрения шпионов в иностранные общества под прикрытием сотрудников гуманитарной помощи, а также для продвижения инициатив, направленных на дестабилизацию их властей. В том же ключе вашингтонская элита – которая в основном состоит из демократов и, следовательно, придерживается либерально-глобалистского мировоззрения, которое USAID со временем приняло – обогащалась за счет консультационных и исполнительных контрактов. Это превратило USAID в рассадник коррупции, служащий для отмывания государственных средств. Этот последний пункт важен для объяснения того, почему вторая администрация Трампа приняла решение запретить сотрудникам USAID доступ в здания во время проводимого аудита и временно передать управление этим независимым агентством новому госсекретарю Марко Рубио.

В течение первого срока Трампа представители постоянного военного, разведывательного и дипломатического аппарата США, которые можно назвать «глубинным государством», всячески саботировали его внешнюю политику. Сотрудники USAID были среди тех, кто этому способствовал.

По этой причине USAID, наряду с остальной частью «глубинного государства», должно было быть очищено, чтобы у Трампа появился шанс реализовать задуманную внешнюю политику во время его второго срока. Этот процесс осуществляется через «Департамент правительственной эффективности» (DOGE) под руководством Илона Маска. Формальная задача DOGE – выявлять и сокращать безответственные государственные расходы, что требует от Маска и его команды доступа ко всей информации о финансировании правительством США (USG) любых проектов. Это, в свою очередь, позволяет им разоблачить этот рассадник коррупции. Детали этого уже распространяются через социальную сеть X, принадлежащую Маску. Однако это не должно удивлять тех, кто следит за бывшим чиновником Госдепартамента, ставшим разоблачителем, Майком Бенцем на этой платформе. Гениальность метода работы DOGE заключается в том, что существует значительная общественная поддержка оптимизации использования налоговых средств. Благодаря этому Маск и его формальный начальник Трамп могут под предлогом экономии средств очистить значительную часть «глубинного государства».

Что касается USAID, то, скорее всего, оно будет сведено к минимуму и перестроено в соответствии с изначальной концепцией – как инструмент реального улучшения жизни людей за границей, чтобы это способствовало росту симпатий к правительству США. Таким образом, большинство социально-культурных программ, вероятно, исчезнет и уступит место физическим проектам, таким как помощь в ликвидации последствий стихийных бедствий, продовольственная поддержка и борьба с бедностью. Однако политический компонент, скорее всего, сохранится, хотя содержание таких программ может измениться.

Вместо продвижения либерально-глобалистского мировоззрения демократов, парадигма, через которую USAID будет поощрять иностранных получателей интерпретировать происходящее, предсказуемо изменится на консервативно-националистическую.

Эта идея была принята движением Трампа «Сделаем Америку великой снова», которое взяло под контроль Республиканскую партию. На практике это, вероятно, в первую очередь приведет к усиленной поддержке христиан, их общин и церквей в странах Латинской Америки, а также в некоторых африканских и азиатских государствах. Другими возможными формами реализации этой стратегии может стать продвижение преимуществ того, что Трамп называет «свободной, справедливой и равноправной торговлей» с США. Это может быть использовано для стимулирования давления на правительства зарубежных стран с целью отмены существующих тарифов на американские товары и услуги. Параллельно могут активно продвигаться уже существующие программы, предупреждающие о предполагаемых проблемах, связанных с китайской инициативой «Один пояс, один путь». Общая цель этих взаимодополняющих усилий – продвижение экономических интересов США.

В политической сфере некоторые программы, направленные на расследование коррупции за рубежом, могут быть сохранены, но только в тех странах, на которые администрация Трампа хочет оказать давление с их помощью. Другие инициативы могут включать продвижение преимуществ регионального военного сотрудничества, чтобы США больше не приходилось нести столь значительное бремя по защите этих государств, что соответствует видению Трампа. Общая черта всех будущих программ заключается в том, что они будут способствовать реализации его внешнеполитических интересов.

Эти и другие изменения можно охарактеризовать как революцию «мягкой силы» правительства США, поскольку стратегия последних десятилетий отбрасывается в пользу возвращения к истокам USAID.

Независимо от того, будет ли восстановлена автономия агентства, останется ли оно под контролем Государственного департамента, как сейчас, или произойдут какие-то другие бюрократические изменения, его функции будут оптимизированы в соответствии с первоначальной миссией – в интересах национальной политики США. Эти изменения не носят идеологического характера, как полагали представители «глубинного государства» и их лидеры-демократы, доведя эту концепцию до крайности ради продвижения ЛГБТ* и других радикальных идеологий. Отныне они будут восприниматься через неореалистическую парадигму международных отношений. Это означает, что конкуренция между странами определяется силой и интересами, среди которых особенно важно обеспечение доступа к ресурсам, и будет продолжаться по самой природе человеческого общества. Разумеется, это лишь упрощенное объяснение, но оно дает новичкам отправную точку для понимания происходящей смены парадигмы. США возвращаются к своей стратегии времен Старой холодной войны, которая в гораздо большей степени была ориентирована на геополитику и геоэкономику. Одержимость двух последних демократических администраций так называемым «порядком, основанным на правилах» – на самом деле всего лишь риторическим прикрытием двойных стандартов, продвигающих идеологические интересы США – вскоре останется в прошлом.

На смену этому придет гораздо более прагматичный подход к внешней политике, который открыто учитывает силу и интересы. В некоторых случаях они могут быть даже прямо обозначены, чтобы устранить двусмысленность в зависимости от чувствительности конкретного вопроса. Хотя этот принцип в определенной степени применялся даже при либерально-глобалистских администрациях демократов, теперь он станет центральным элементом, что сделает внешнюю политику США более предсказуемой. Рубио в недавнем интервью заявил, что США лишь начнут делать то, что все остальные продолжали делать все это время, в то время как его страна «взяла на себя ответственность стать мировым правительством» в ущерб своим национальным интересам. Он представил это как ответ на многополярность, но обратной стороной пересмотра подхода может стать смертельный удар по послевоенному мировому порядку, о чем недавно предостерег министр иностранных дел России Сергей Лавров.

В результате соперничество между великими державами может значительно усилиться.

В будущем остальному миру, особенно треугольнику RIC – России, Индии и Китаю, который является двигателем современных многополярных процессов, следует подготовиться к тому, что внешняя политика США станет более эффективной во всех аспектах, если, разумеется, Трампу удастся реализовать свою программу. В этом случае революция «мягкой силы» правительства США, вызванная радикальными реформами USAID, может привести к революции в международных отношениях. Однако это также может сделать мир более опасным, а не более безопасным.